ВыХод

Творческий дуэт шоуменов широкого профиля Романа Купецкого и Романа Автухова принес в Новосибирск новую сферу развлечений, о которой ещё год назад знали единицы, — реалити-квесты по мотивам компьютерных игр. Первопроходцы ожидаемо сорвали куш, продали полсотни франшиз и открылись в Москве.
В феврале 2014 года будущие основатели «ВыХода» подбирали помещение для первых локаций и объезжали блошиные рынки в поисках инвентаря — спустя полгода они стали самыми крупными игроками на сибирском рынке реалити-квестов. 2ГИС обсудил с пионерами индустрии, почему у них всё получилось, как продавать франшизы в другие города и что будет происходить с квестами в ближайшее время.
Роман Купецкий
основатель «ВыХода»
СибАГС (юриспруденция), 33 года
Роман Автухов
основатель «ВыХода»
СибАГС (юриспруденция), 31 год
Что вас потянуло в реалити-квесты? Чем до этого занимались?

Купецкий: Мы знакомы больше 12 лет, вместе учились в СибАГСе, вместе играли в КВН. А после, как и многие КВНщики, стали заниматься организаций и ведением мероприятий, придумывать ивенты. Потом поняли, что мы ещё хорошие авторы и сценаристы. И вот уже восемь лет мы всё это пытаемся совмещать. Постепенно пришли к тому, что хотим воплотить все полученные знания и опыт в какой-то готовый продукт с понятным конечным потребителем. И тут пришла идея квеста — именно в нём можно было реализовать накопленный потенциал в полной мере.

О квестах мы узнали в Москве. Тогда там было открыто всего две локации, мы в одну сходили. И первая же мысль, как вышли, была не о том, что нам хочется такую же штуку открыть, а о том, что это было реально здорово! Это отдых для тех, кто уже с трудом ходит в кино и забыл про боулинг. Кто отработал день и не знает, чем занять себя вечером. Серьёзно, это ведь вечный вопрос: как провести пятницу? Вариантов не так много. Наш оказался в новинку. Но запуститься в Москве у нас не было ни возможностей, ни денег, ни опыта. В Новосибирске условия были другие, плюс мы никогда не теряли связь с городом. И как-то всё это сложилось в одну классную историю — мы сделали «ВыХод».
1 000 000 руб.
вложили основатели «ВыХода» в проект
Быстро запустились?

Купецкий: В феврале всё придумали, в марте приступили к строительству локаций, в конце мая открылись. Три месяца, получается.

Автухов: На старте рисков было очень много. Никто ничего не понимал. Мы не знали, как Новосибирск отреагирует на нас, приживётся ли «ВыХод», удастся ли нам без инвесторов, только на свои средства реализовать проект.
Купецкий: Никто в стране не является профессионалом в этом деле. Сделать реалити-квест — это не открыть новый бар и не табуретку собрать. Это совершенно новый вид отдыха, и нам не к кому идти с вопросом, как сделать лучше. Узнаёшь всё по ходу дела сам. Ребята, которые делали у нас всю электронику, до этого занимались видеосистемами в жилых домах. И поначалу, когда мы давали им первые задания, у них округлялись глаза. А сегодня они уже забросили свою основную работу и помогают создавать квесты по всей Сибири.

В Новосибирске уже с десяток организаций, занимающихся проведением квестов, — и все они появились буквально за год-полтора. Откуда такой всплеск?

Автухов: На самом деле организаций больше. Я знаю, что на регистрацию заявлены 24 компании, которые уже обустраивают локации. Сейчас их в городе 27. Это значит, что к концу лета их будет порядка 60—70. Но такого бума, и правда, никто не ожидал. Например, в Екатеринбурге, городе схожем по уровню благосостояния с Новосибирском, ситуация совсем другая. Там любой открывшийся сейчас реалити-квест будет находиться на очень шатких позициях.

К тому же, давайте будем откровенны, популярность квестов в Новосибирске как новой сферы развлечений во многом основана на успехе «ВыХода». Многие, посмотрев на нас, решили, что это легко и быстро, и стали вкладываться в этот бизнес. В ряде случаев импульсом были именно мы, мне об этом прямо говорили. Кроме того, это был «столичный» тренд — реалити-квесты стали открываться в Москве и Питере, а на них все ориентируются.
300 000 руб.
стоимость обустройства одной локации
Купецкий: Важно, что мы сразу заняли правильную позицию: «ВыХод» — не пафосная компания. Мы ориентированы на обычных людей. Наша ценовая политика сводится к тому, что за реалити-квест человек должен платить примерно столько же, сколько за поход в кино (с учётом дороги, попкорна и напитка). Нам очень хотелось, чтобы о нас узнали не только старшеклассники и студенты, но и люди постарше. Это как раз наш «кулак» — молодёжь 20—30 лет. И самое главное, мы правильно выстроили стратегию продвижения. Наша первая рекламная кампания состояла из рассылки приглашений во «ВКонтакте» друзьям. Мы не шли к журналистам и не просили о нас писать. Мы рассказывали знакомым, что в городе появилась такая вот клевая странная штука, и её стоит посетить. И постепенно журналисты сами нас нашли, пошла волна. Помню, первая новость выглядела так: «Бизнесмены из Москвы создали в Новосибирске альтернативу барным посиделкам» (НГС). Через две недели вышла статья. Бесплатная! А потом и другие издания взялись за тему.

Насколько рынок реалити-квестов уже насыщен?

Купецкий: Мы недавно посчитали: летом, когда у нас в Новосибирске было две локации, в среднем они посещались так же, как и полгода спустя, хотя площадок стало в четыре раза больше. О каком перенасыщении может идти речь? К тому же о нас, думаю, знают буквально несколько процентов населения, а большинство понятия не имеет, что такое реалити-квесты и «ВыХод». Это огромная потенциальная аудитория, и главное — её не спугнуть.
1 500 000 руб.
в  месяц приносит выход в Новосибирске
Что вы имеете в виду?

Купецкий: Вот идёшь ты по улице, видишь ресторан. И понравится он тебе или нет, можно предугадать уже по одной только витрине или, если решишь зайти, по меню. Не понравилось — идёшь дальше. С локациями это невозможно. Чтобы понять качество, ты должен попасть внутрь, чтобы оценить интерес — найти выход. В этом и заключается волнительный момент: сейчас многие запускают локацию с примитивной мебелью и «закрывают» её, условно говоря, на цепочку и 28 кодовых замков. Приходит человек, видит, какой там бред, и уходит с мыслью, что больше он этой ахинеей заниматься не будет. В итоге клиент потерян не для одной компании, а для всех, и это мешает рынку куда больше, чем его «насыщенность».

Автухов: Экономить на старте логично и оправданно. Но сейчас, когда реалити-квестам в Новосибирске больше полугода, а конкуренция растёт каждый день, нельзя не развиваться и не двигаться дальше. Это касается всех, и мы — хоть и первопроходцы — не исключение.
С какими проблемами сталкивались при разработке квестов?

Купецкий: Главная проблема состояла в том, что разработчики не понимали, как реализовывать наши идеи. Мы, например, придумали повесить пять картин так, чтобы открылась дверца. Разработчики в шоке: «В смысле? Как?!». «Откуда мы знаем, как? Вы же разработчики! Мы придумали — вы построили», — в таком духе диалоги. Начинали искать компромиссы. Сейчас твёрдо решили: как придумали, так и должно быть. Какой бы нереализуемой ни казалась задача, со временем она выполняется. Главное, наоборот, не играть на понижение.

Насколько ваши расчеты из бизнес-плана совпали с реальными показателями на этапе запуска?

Купецкий: Мы понимали, что реалити-квесты — это бизнес, который должен идти от минимума. Наполеоновских планов не было. В мае — июне всё шло, как мы и предполагали, а в августе неожиданно окупились. Мы-то закладывали полгода, но смогли в два раза быстрее.
3,5
месяца окупается локация
с двумя квестами
Вы сразу видели в «ВыХоде» потенциал для франчайзинговой сети?

Купецкий: Нет, даже близко. Речи не шло. Хотя первую франшизу мы продали уже в середине июня, то есть меньше чем через месяц после запуска. Но этого тоже никто не ожидал. С предложением вышли на нас, а не мы кого-то искали. Ну да, мы хотели открыть филиалы в Москве и Питере, но это как бы другая история.

Что вы продаёте в стартовом пакете?
В стартовый пакет входят шаблоны квестов и примеры технических решений, обучение, макеты рекламных материалов, комплект документации и сайт на поддомене.
В скольких городах вы сейчас представлены?

Автухов: На данный момент (конец января, — прим. 2ГИС) «ВыХод» открыт в 11 городах. В ближайшие две недели добавятся ещё три. Кроме того, подписаны соглашения с 31 партнёром в 21 городе. Вот такие цифры.

Впечатляет. Но главное же — «захватить» Москву?

Купецкий: Мы, честно говоря, до сих пор иногда думаем, надо ли было «ВыХоду» заходить в Москву. Потому что тот бум, который произошёл в Новосибирске, в столице ничуть не меньше. Просто так зайти на рынок с обычным реалити-квестом ты не можешь, нужно прыгать выше головы и рисковать. Но кое-какую историю мы уже придумали, так что, надеюсь, всех удивим

Автухов: Сложности есть не только с Москвой. По большому счёту, они встречаются в каждом городе. Везде разные сроки окупаемости, разные проблемы, разная аура. Скорость развития опять же. Просчитать всё заранее не получится. Но бывают и приятные сюрпризы. Нас, например, сильно радует Якутск. Кто мог предположить, что там всё так хорошо пойдёт? Там ребята — большие молодцы. Но так или иначе, региональные представители постепенно выходят на нужный нам уровень. А сколько для этого нужно — месяц или полгода — не угадаешь.
Совсем никакого алгоритма нет?

Купецкий: Первый показатель — количество людей в городе. Второй — насколько активен сам партнёр, готов ли он идти на баррикады и пробивать стены, разбирается ли он в рекламе. Третий — специфика региона. Если взять два одинаковых по размеру и населению города в европейской части страны и на Юге или в Сибири, то они будут абсолютно разные. К ним, соответственно, потребуются разные подходы. Пока, чтобы лишний раз не рисковать, мы используем универсальную тематику, которая подойдёт более-менее всем — людям разных возрастных категорий, уровня образования и культуры.

Автухов: Бывает, обыгрываем какие-то местные истории. Например, известно, что после Второй мировой войны возле Кемерово жили немецкие ссыльные, бывшие солдаты. Там были целые поселения. Мы придумали легенду, по которой один из персонажей — как раз оттуда.

Думаю, если вы берёте краеведческие мифы Кемерово, то по-хорошему в легенде нужно освобождать йети.

Автухов: Вот! И ты туда же (смеётся)!

Купецкий: Ок, ты будешь первым, кому мы это скажем. В общем, в Кемерово уже ведутся разработки, чтобы сделать такую локацию с легендой про снежного человека, так что йети-квест осталось ждать недолго.
250 000 руб.
стоимость франшизы
Что будет происходить с реалити-квестами как индустрией в ближайшее время? Стоит ли ждать детских, ночных, уличных квестов?

Автухов: Все, что ты перечислил, возможно. У реалити-квестов огромный потенциал развития — и по количеству участников, и по площади локации, и по техническому оснащению. И всё это скоро — скорее, чем ты думаешь, — появится на рынке.

Купецкий: Ночные квесты существуют уже сейчас, хотя и не слишком востребованны. К детским квестам индустрия подошла вплотную. Мы тоже не сидели сложа руки, и кое-что уже готово: есть место, площадка, сценарий. Весной мы откроем первый детский реалити-квест в Новосибирске. Ничего подобного в России пока нет.

Безусловно, нам интересен B2B-сектор. Мы скоро обновим сайт, и там будут предложения по корпоративным квестам, квестам-тренингам, HR-квестам для оценки персонала в нестандартных ситуациях. Всё это будет уже летом.

Другая тема связана с выходом квеста за территорию комнаты. Нас постоянно просят привезти квест на какое-нибудь мероприятие. А как? Мы же не погрузим его в вагончик. И всё-таки придумали, как это можно сделать. Пока, правда, не скажу как.

Автухов: Мы сейчас строим два квеста в Москве — оба по мотивам «Игры престолов». Это будут квесты для компаний из 3—7 человек, и фишка в том, что они будут смежными — два сценария будут иметь одну общую концовку.

Не думал, что так вообще можно.

Автухов: Так и никто не думал. И ты не пиши (смеётся)!

Купецкий: Есть огромное количество ниш, в которые можно нырнуть. Сегодня сложностью загадок уже никого не удивишь. Идеи конечны. А вот сюжетом, атмосферой и ходом мысли удивить можно. Реалити-квесты — это всё-таки не спорт и не классический вид отдыха, который будет нравиться постоянно. Соответственно, наша задача — развиваться в ширину, придумывать какие-то жанровые ответвления. А дальше видно будет.

Свои планы на Сибирь не скрывает «Клаустрофобия» — самый крупный федеральный игрок на рынке реалити-квестов. Вы как-то готовитесь к их приходу? Вы вообще в каких отношениях?

Купецкий: Если честно, в нулевых. Мы не сталкивались друг с другом. Знаю, что в нескольких городах наши партнёры входят в объединения, в которых состоит и «Клаустрофобия», но напрямую мы не контактировали. А, нет, вспомнил. В Новосибирске, к нам на открытие приходили люди, которые сказали, что будут делать в городе «Клаустрофобию».
Приход сильного игрока на рынок — это в любом случае плюс, это движение индустрии. Мы сделали большое дело — растопили лёд, показали Новосибирску, что такое квесты. А «Клаустрофобия» в свою очередь показывает, что квесты — это реальный бизнес, что им заняты федеральные сети.
У нас вряд ли будет много путей, где мы будем дружить и активно пересекаться, но помогать друг другу вполне способны. Мы работаем на одном поле, выгода будет для всех.

На вас персонально люди из «Клаустрофобии» не выходили? Зачем им с вами конкурировать, если «ВыХод» можно просто купить?

Автухов: Ну у них же нет 10 млн долларов. А так-то мы готовы, ждём!

Купецкий: Если серьёзно, то это, прежде всего, невыгодно. Купить готовый квест, а потом переделывать его под свои стандарты и концепции, — проще сделать своё с самого начала. Иначе тебе придётся полностью перестраивать локации и менять сценарии.
Как вы продвигаете проект в соцсетях?

Мы с самого начала сделали упор на группу во «ВКонтакте». Сейчас соцсети несут «кликабельную аудиторию» — когда человеку интересно, он одним кликом вступает в группу и планирует свой приход. В Новосибирске у нас самая большая в стране группа во «ВКонтакте», посвящённая реалити-квестам. И потенциал этой аудитории ещё далеко не исчерпан.
≈16 000
человек в группе новосибирского «ВыХода»
У «ВыХода» сотни восторженных отзывов на Флампе. Нет опасений, что у его пользователей постепенно складываются завышенные ожидания, которые могут подпортить впечатления от первого похода к вам?

Купецкий: Вы задели больную тему (смеётся). На самом деле, мы очень большие самоеды. И каждая четвёрка (вместо пятёрки) заставляет нас задуматься, в чём мы облажались. Огромное количество положительных оценок воспринимаются не то что как данность, а, скорее, как подтверждение, что мы движемся правильно. Но когда получаем «три» или «два» — уже другой разговор. Начинается разбор полётов. Зачастую оказывается, что оценки несправедливы. Ну так и «пятёрки» тоже не всегда заслужены, кто бы что о себе ни думал.

Сейчас у «ВыХода» в Новосибирске девять локаций, скоро запустимся в Бердске. Тем не менее, мы не идём на поток, каждая локация требует отдельного внимания и проходит несколько стадий приёмки. Так что нет — антирекламы не случится. Планка поднимается, и это нас подстёгивает.
Посмотреть на карте Новосибирска
20.02.2015
Автор: Александр Морсин
Фотограф: Сергей Мордвинов

Обложка: Hieronymus Cock (Flemish, ca. 1510-1570), The Cretish Labyrinth, from the suite Landscapes with Biblical an Mythological Scenes, 1558, etching on paper.

Made on
Tilda